— Старый Умар свихнулся, — мрачно заметил упитанный мужчина лет пятидесяти, развалившийся на подушках и неспешно потягивающий вино из массивного стеклянного кубка. — Над каждой монетой трясется, словно она у него последняя… Стражников-то нанял всего дюжину, да и те, уж поверь мне, Кырт, не из лучших.

Он был одет дорого и немного крикливо, как это принято у богатых кинтарийцев — вещи должны быть яркими и броскими, чтобы сразу видно было, что перед тобой важная персона. Халат из небесно-голубого шёлка, отделанного золотой нитью, изящная шапочка с гербом торговой гильдии (и не медным, а золотым, да ещё и с камешками), сапоги и широкий пояс из драгоценной розовой кожи. Множество золотых перстней, пряжек, цепей и других украшений — каждому ясно, человек не из бедных. Да и стеклянные кубки подобной работы стоили дороже серебряных, любой сообразит, что сделать подобную красоту способен только настоящий мастер. А работа мастера ценится ой как высоко!

Его собеседник, разделявший с хозяином скуку долгой дороги в роскошном возке, с готовностью кивнул. Он получал деньги — и немалые — не только за умение вести торговые дела, но и за роль слушателя. Ведь дорога длинна, и что ещё остается неотягощенному заботами Аболу Тади, как не пить вино и не изводить младшего приказчика бесконечными разговорами. Груз уложен и опечатан, за охраной следит Чимлан, который на этом деле собаку съел… Да и возницы опытны. Вот и получается, что вмешиваться хозяину не во что.

Впрочем, Кырт мог бы справедливо заметить, что господин старший приказчик Аболу Тади тут хозяин постольку поскольку. То есть, хотя в товарах и есть немалая его доля, но основная часть вьюков принадлежит старику Умару. И основная часть ещё не посчитанных доходов — тоже. Пройдет лет десять — и, возможно, будут ползти по Пустоши караваны, целиком принадлежащие господину Тади… Пожалуй, тогда господин Тади, как нынче Умар, будет безвылазно сидеть в Кинте Северном, а в путь (опасный путь, что ни говори) отправятся другие, помоложе, побойчее. И уже господин Тади будет определять, сколько охранников нанять, да кого из проводников пригласить. А тот, кто поедет через чёрные земли в хозяйской повозке, будет недобрым словом поминать господина Тади за прижимистость. Ничего не меняется.